Стас Полнарев. Москва. Eyesights

Также посмотрите

Стас Полнарев. Москва. Eyesights
Куратор: Анастасия Докучаева

 Среди всех попыток уловить дух города наиболее удачными обычно бывают самые субъективные. Серия фотографий Стаса Полнарева «Москва. Eyesights» не создавалась как планомерная съемка городских видов. Она возникла как естественное и почти неизбежное следствие невозможности разделить взгляд фотографа и его камеры, став каждодневной параллелью московской жизни и путешествиям по Москве. В избранных предметах изображения и в художественных свойствах появившихся фотографий отобразилось не просто индивидуальное восприятие города, а сама способность художника видеть в Москве только это и только так. В результате получился не столько портрет конкретного места, городских пейзажей и населяющих их жителей-персонажей, сколько портрет московских ощущений и отношения к городу – но не к мегаполису, а к свидетелю,  соучастнику, оппоненту, другу.

В зыбком свете, разлагающим все формы до дрожащей зыби, почти тактильно ощутимой, намечается география воспоминаний и встреч. Размытость кадра лишь обостряет точность восприятия, заставляя почувствовать за ускользанием четких форм какую-то особую пристальность вглядывания художника, постепенно смывающую внешние оболочки, чтобы пробиться к внутренней сути вещей. Непрестанный визуальный поиск, зрительное «нащупывание» изображения внутри фотографии невольно ставит зрителя в положение чутко и замедленно передвигающегося человека с плохим зрением, чья интуиция и обостренные чувства позволяют обнаружить больше, чем самый проницательный взгляд, открывая путь к скрытым измерениям бытия, к более нюансированному восприятию действительности. От зрителя всегда требуется сделать мысленно следующий шаг, его аккуратно провоцируют к постоянному движению взгляда и эмоций, предлагая вживую ощутить и оценить различие понятий «смотреть» и «видеть».


Стас Полнарев. Из серии «Москва. Eyesights»

Эмоциональная целостность серии, визуальная родственность пространств во всех фотографиях и замедленность течения времени в этих работах вызывают чувство почти классического единства времени, места и действия, воссоздавая из фрагментов нечто слитное и первоначальное. И все же, постоянно ускользая, переходя в следующий кадр, дух города никогда не дает уловить себя окончательно, позволить обозначить свои свойства с последней точностью. В фотографиях фиксируются не раз и навсегда завершившиеся события прошлого или бесплотные, несбыточные фантазии автора, а уловленное «возможное», которое, может быть, уже некогда свершилось некогда в действительности или совершается прямо сейчас на наших глазах. Поэтому путешествие происходит, скорее, по вероятному городу, чье существование балансирует на грани реальности, где каждое явление непредсказуемо и неповторимо. 

Реальность жизни, попавшей в объектив и продолжающейся вне его, состязается с реальностью получившегося произведения, оспаривающего в свою очередь реальность фрагментов фотопленки, проникающей иногда в поле зрения. Но именно техническое «несовершенство» – сбой камеры или сознания – делают смутно различимый предмет изображения удивительно и убедительно достоверным, честным, незаретушированным.

Анастасия Докучаева    

• Вернуться к списку